В большое плавание. 2 Часть

Много после этого было сражений, много подписано указов. Одних по этим указам миловали, других казнили. Медленно и неохотно сбрасывала Россия свой полусон, расставалась по старинным укладом, со своей неторопливостью. Все приходилось выворачивать с корнем, и кто мешал в этом деле, терял голову. Крутые были времена. Петровские преобразования новыми тяготями легли на крестьян и посадских. Каких только повинностей не придумал царь! Ходили нижегородцы и на слюзное дело — копать канал для соединения Оки с Доном. И на строительстве Петербурга работали. Знал Петр: покряхтывает народ, выполняя его указы. На военные походы ему надо было много денег, и он брал с крестьянина за дым, за баню, за ловлю рыбы, за проезд по мосту, за место на торгу. Стонали российские люди: «Во поборах за гривну из человека хотят душу вытянуть, а что многие тысячи погибают, того не мало не смотрят.» А Петр слал и слал по городам указы: «Денег! Денег!». А однажды был получен указ, от которого громкий вопль прошел по России: снять медные колокола с церквей и отправить их в Москву на Литейный двор, — Петр тогда вел войну со Швецией, и колокола переправлялись на пушки. Пора бы уж, кажется, привыкнуть: если что задумал Петр, все сокрушит, а исполнит. Так нет, и сейчас еще наталкивается на сопротивление, упрямство и оттого свирепел и мрачнел.

Мало-помалу свежий ветер, яркие краски весны, широта и раздолье отвлекли его. На реке и на берегу становилось оживленнее. Чаще стали попадаться лодки, струги, новоманирные суда: расшивы, гекботы, барки. Близко Нижний. Вот уже на левом берегу показались подгородные слободки, низкие строения хлебных амбаров, широкие крылья ветряных пильных мельниц.

Река становилась шире. Еще один поворот, и Нижний открылся в зелени своих бесчисленных садов. От кремлевской башни отделились белые дымки, и по реке гулко прокатились выстрелы салюта.

Петр смотрел на город: узнавал и не узнавал. То же темно-красные изгибы кремлевских стен по склонам холмов, изрезанные глухими буераками крутые горы, деревянные хоромы, узбы, бани — все это он уже видел. Но город словно приподнялся ввысь: стало больше белых каменных домов, украсился он дивными строениями. Вот одно из них, — о нем с похвалой говорили в Петербурге — Строгановская церковь на берегу. Да и нижегородцы уже не те. Вот они подъезжают к царскому каравану в большой лодке: губернатор ( не воевода, как раньше, а губернатор ! ), выборный человек от города — бургомистр. Двадцать сеть лет назад его встречали бородатые, в длиннополых кафтанах и тяжелых сапогах степенные, неторопливые люди. А сейчас и на губернаторе и на бургомистре короткие камзолы, башмаки, лица чистые, открытые. А чего ему стоило добиться этого!

Автор: И. В Сидорова

Теги: , ,

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *