Горьковская елка. Часть 2

7 ноября 1900 года горожане, открыв газету «Нижегородский листок», наткнулись на призыв: Вносите средства на елку для детей самых обездоленных, для детей окраин. Из Нижнего в Москву, Станиславскому, летит просьба: Посодействуйте, чем возможно. Все берем, даже деньги! Коленкорситец, бемазею, сапоги, рукавицы, шапки — все!. И другая — писателю Телешову: Прошу, молю, кричу — помогите оборванным, голодным детям — жителям трущоб! И еще — издателю Пятницкому: Нужно иметь 1500 фунтов гостинцев 1000 штанов, 1000 рубах, 1000 сапог валяных!

В Нижний, на Канатную, в дом Лемке, где снимали квартиру Пешковы, стали приходить денежные переводы, посылки. Приносили и так: кто деньги, кто поношенные детские вещи, игрушки.

Потом надо было обойти нижегородские окраины и отыскать самых бедных, самых обездоленных ребятишек от 6 до 12 лет, переписать их и вручить приглашения на елку.

Тут пришла на помощь революционная молодежь. Представилась возможность заглянуть в сотни самых темных и неблагополучных городских закоулков, изучить самое дно нижегородской жизни и при этом не вызвать подозрений полиции, так как разрешение властей на этот обход было уже получено.

Город разделили на участки, и по каждому участку ходила группа переписчиков… Алексей Максимович взял на себя кварталы в нижней части города. Здесь, где ютились городская голытьба — грузчики, матросы, пропойцы-босяки, он давно присмотрел типы для своих произведений. Здесь он видел и детей, которых нужна загнала в сырые подвалы, ночлежные дома. Вместе с революционеркой Ниной Александровной Рукавишниковой Алексей Максимович пешком через кремль отправился на Нижний базар. Их приход переполошил всех мальчишек, которые катались на ледянках по Ивановскому съезду.

— Дяденька, ты пришел на елку записывать?

Видимо, молва о готовящейся елке уже проникла сюда.

— Меня запиши!

— И меня!

— И меня!

Мальчишки так и шли гурьбой за высоким, усатым, с добрыми синими глазами дядькой. Они громко гомонили, деловито вели в свои углы, называемые квартирами…

Наступил наконец день 4 января. С утра Алексей Максимович заперся в своем кабинете и просил дать ему возможность поработать. Но к 12 часам не выдержал, вышел в столовую и включился в последние приготовления, а как стало темнеть — поехал в кремль, чтобы самому удостовериться, все ли сделано как надо.

В синих зимних сумерках он увидел огромную толпу ребят перед зданием манежа. Они пришли, хотя до начала елки было еще не менее часа. Они ждали, боясь пропустить момент, когда откроют широкие двери. И теперь зябли на морозе и студеном ветру, постукивали ногами, прыгали, тузили друг друга, чтобы разогреться. Пришлось пускать их раньше срока. Они моментально заполнили все помещение, проникли во все уголки. Но вели себя степенно, молчаливо, видимо, боясь, чтоб не прогнали. Особенно привлекали их столы, расставленные вдоль стен, где в плетеных корзинах лежали горы калачей и стояли стаканы для чая.

Ровно в 6 часов елка вспыхнула разноцветными лампочками, вызвав у ребят восторженный крик. Заиграл оркестр. Веселье началось…

Автор: И. В Сидорова

Теги: , , ,

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *